Внимание! Сайт использует cookie-файлы. Продолжая работать с сайтом, вы соглашаетесь на условия работы с cookie.
rss

СКВОТТИНГ: как появился, каким бывает и почему снова актуален сейчас США: осторожно, двери закрываются! Швеция vs. COVID-19 В Европе заговорили о «смене режима» Что такое «Закон Цезаря»


О вечном: - #Тыжправославный»

Как часто последним аргументом в споре вы слышите: «А еще в храм ходишь!»?

Как часто последним аргументом в споре вы слышите: «А еще в храм ходишь!»?

Христиане и раньше воспринимались обществом как нечто отдельное и малопонятное. Каждого из нас, с нашими недостатками и оплошностями, общество и соцсети видят едва ли не как лицо всей Церкви. Об облике современного христианина и его публичности пошла речь в беседе с настоятелем храма иконы Божией Матери «Всецарица» Рязани, руководителем молодежного отдела Рязанской епархии иереем Павлом Коньковым.

Коньков 

*******************

Всеобщее клише

– Несмотря на полную открытость информации образ человека православного, на взгляд людей невоцерковленных, почти не изменился: это запуганное необразованное существо, которое ходит в темных одеждах в пол, не имеет собственного мнения и глубоко несчастно…

– Справедливости ради стоит отметить, что этот шаблон взят не с потолка, а из жизни. К сожалению, какой-то незначительный процент христиан так себя ведет: одеваются в черное, в панике ждут конца света. Но. Сейчас таковых намного меньше, чем, например, в конце 90-х. Однако, как обычно это бывает, так себя ведут полпроцента, а тень ложится на всех остальных, полпроцента «отвечает» за имидж всех верующих.

Аналогичный «перенос» творится и с некоторыми другими людьми, например, таких специфических профессий, как сотрудники ГИБДД, чиновники. Рядовой обыватель думает, что если у жительницы Рязани течет крыша, то в этом виноват президент страны, причем лично. Даже если он и ведать не ведает ни про эту женщину, ни про ее дом, ни про протекающую крышу. Это шаблонное мышление вообще нашего народа. 

Такова наша ментальность – мы «знаем» за других, что входит в их зону ответственности. «О, ты программист, переустанови мне систему!». И никому не интересно, что человек – спец конкретно по компьютерной безопасности, его знания и навыки лежат в иной, более узкой, сфере.

–​ Получается, люди считают себя очень современными и объективными, но мыслят шаблонно?

– Мы очень любим додумывать, считать свое мнение единственно верным и транспонировать его на все вокруг. Отсюда возникает «шаблон на православных». В какой-то мере этому способствует и другой процент активных православных людей, который пытается отстаивать христианские ценности в социуме – на лестничной клетке, в подъезде, на улице, в рамках городской политики или даже всей страны. Таких православных активистов много. Но иногда они ведут себя не очень корректно, порой предлагая явно странные и несвоевременные вещи, которые вызывают негативную реакцию.

Например, в качестве гипотезы один из депутатов предложил ввести в школе часы для изучения Библии, на следующий день новости пестрели заголовками: «РПЦ предложила отменить уроки истории и ввести изучение Библии». Но позвольте! 

Это было личное мнение одного человека, не согласованное ни с кем, он выступал лично от себя. Однако в общественном мнении, если ты предлагаешь что-то связанное с религией, верой, значит ты ассоциируешься напрямую с самой Церковью. Получается, что это шаблонное мышление распространяется на всех православных христиан.

–​ Почему именно на православных? Ведь столько злобы и агрессии не чувствуют на себе ни буддисты, ни мусульмане, не представители иных религий.

– Возможно, нам кажется так, потому что как православные мы и читаем больше про православных, наши проблемы в фокусе нашего внимания. А, например, сообщество врачей или сообщество учителей сосредоточено больше на проблеме негатива в их адрес. Но еще, конечно же, дело в том, что мы проповедуем любовь. А любовь – она безопасна.

Все помнят, как представители европейских СМИ попробовали съязвить в сторону мусульман, разместив карикатуры на пророка Мухаммеда, за что были позже расстреляны радикалами исламистского толка. С тех пор никто эту тему уже не затрагивает. Ислам проповедует иные ценности, нежели всеобщая любовь, и с этими ценностями баловаться опасно. В христианстве мы говорим о всепрощении, об определенной гибкости и мягкости, что некоторыми людьми расценивается как слабость. Именно поэтому они начинают вести себя не по-человечески именно ко Христу и к христианам.

Возвращаясь к общественному клише, видеть таким христианина очень удобно: не слишком умным, слабым, зашоренным и подверженным всяческим комплексам. Современник делает вывод, что если начнешь ходить в храм, то неизбежно превратишься именно в такого индивида. Подобное мнение в обществе на руку тем людям, которые ненавидят Христа и Церковь. При этом так издеваться можно долго – христиане не ответят.

И как только начинаются какие-то хорошие церковные инициативы, их торопятся поскорее опошлить, обесценить. Это тоже связано с нашей ментальностью – мы не умеем радоваться за других. Стоит пройти новости, что полицейский кого-то спас, первый комментарий будет: «Все равно они все продажные». Если врач сделал хорошую операцию, напишут, что «все они чихать хотели на пациентов».

Это особенность современного человека: мы не умеем радоваться и замечать хорошее. Мы умеем возмущаться и осуждать, а благодаря соцсетям и анонимности мы умеем громко осуждать.

Ударить по больному

Ударить по больному

– Хорошо, когда нападки происходят только в соцсетях. А как быть с членами семьи, у которых фраза «ты ж православный» становится рефреном любой обвинительной речи?

– Члены наших семей оттого и считаются ближними, что отлично знают наши тылы – самое тонкое место нашей брони, самые болезненные наши точки. Проживание христианина в семье, особенно если ближние не разделяют его взглядов, всегда сродни путешествию по минному полю. При этом разногласия бывают тем острее, чем более «настоящим» хочет стать христианин – часто посещает храм, причащается, молится.

Вообще все скандалы идут от недопонимания: сначала от глубинного, идейного, и потом поведенческого характера. Тут нужно сказать, что такие конфликты бывают в самом начале воцерковления человека. Когда по рьяности сами мы как верующие начинаем творить порой странные вещи. Например, женщина говорит мужу: «Все, я теперь верующая, а сейчас пост, так что 40 дней ко мне не подходи». Он скажет: «Хорошо, к тебе и не подойду». А потом она у батюшки спрашивает, почему муж «налево» ушел.

Мы должны отдавать себе отчет, что ближнего насильно вилами в рай не загонишь. И бабушек через дорогу насильно переводить не надо. Добро причинять – бесперспективно. Нужно ждать момента, когда его можно будет реализовать в нужном русле.

А личные «благочестивые интересы» нужно учиться правильно подавать родным. Например, есть и должны быть в любом браке некие личные границы, личное время. Иногда мы стремимся «личное время» выносить за пределы семьи – рыбалка, гараж, встречи с подругами, фитнес. Хорошо, если в семье выстроена такая модель, где у каждого есть всеми признаваемое право на личное время. И когда человек воцерковляется отдельно от супруга, то прежде каких-то радикальных мер, типа резкой смены рациона для всех в пост, можно обсудить свое желание начать молиться или поститься. При этом стоит все проговаривать: что ваше желание не значит, что родных вы станете любить меньше или перестанете уделять им внимание, или заставите поститься «за компанию». Просто ваше личное время вы будете тратить теперь именно на это. Все это нужно обсуждать, ждать благоприятного момента, и, возможно, ваши близкие захотят присоединиться. Возможно – спустя многие годы.

– Что делать, если процесс воцерковления уже позади, а проблем меньше не стало? Особенно это чувствуется в общении с представителями старшего поколения.

– Когда человек взрослеет, конфликтов, к сожалению, не становится меньше. И часто родители говорят нам в упрек о нашей вере. Чаще всего нам это говорят, когда мы перестаем слепо поддерживать кого бы то ни было. Бывают моменты, когда родители начинают требовать от нас странные вещи и таким тоном, будто нам до сих пор по шесть лет. И мы чаще начинаем говорить слово «нет». Это очень обижает тех, кто привык, что мы их слушаемся беспрекословно. И в этот момент они говорят: «А сам еще и в церковь ходишь», имея в виду, что мы должны полностью соответствовать их ожиданиям, чтобы считаться «хорошими». Это стереотип.

Нужно спокойно реагировать на такие выпады наших близких, которые находятся в плену стереотипного мышления. Есть для нас обязательные вещи к исполнению – это заповеди, есть догматы, а все остальное – это вариации, которые мы можем принимать, а можем не принимать.

Соответственно, в спорах с ближними лучше избежать сильных эмоций и объяснить, что вера тут ни при чем. И что заповедь почитания родителей для взрослых детей, давно обзаведшихся собственными семьями, подразумевает уважение и заботу, а не слепое послушание, как в детстве.

Не метать бисер

не метать бисер

– Бывает, что в соцсетях поднимаются такие вопросы, мимо которых очень сложно пройти человеку верующему. Как тут быть?

– Люди задают вопросы в интернете, не стремясь услышать ответ. Проблема современных дискуссионных площадок в том, что они давно не следуют словам Сократа, сказавшего, что истина рождается в споре. Сейчас споры затевают не ради истины, а ради хайпа (от ангийского «hype» – шум, навязчивая, агрессивная реклама), который неплохо монетизируется. Поэтому администраторы сообществ ищут идейных людей с обеих сторон баррикад, сталкивают их лбами, чтобы поддержать интерес и актуальность той или иной страницы, сайта, сообщества. Для администраторов это крайне выгодно и интересно. Для идейных товарищей – это слепое следование их идеалам.

На каждый веский довод появляется еще пара вопросов, доводы на каждые из этих вопросов рождают еще вопросы, и так до бесконечности. Меняются спикеры, задаются те же вопросы. Никто не читает ветки форумов или предыдущие комментарии. Всем необходимо высказать лишь свою точку зрения, не слушая альтернативную. Сейчас это тренд: один выкладывает что-то, другой начинает его ругать – его вкусы, взгляды, качество выложенного контента. Не потому что он прочитал, не потому что имеет свое мнение. Они просто действуют по завету Старухи Шапокляк: «хорошими делами прославиться нельзя». А на волне хайпа – можно быстро и легко.

Мне кажется, что люди, которые много что-то негативно комментируют, чаще всего оказываются людьми очень одинокими, с которыми в реальной жизни никто толком не общается. Это их глубинная потребность быть замеченными, показать, что они существуют. Поэтому, когда они пишут какую-то дичь по отношению к Церкви, нужно понимать, что соцсети – это не истина в последней инстанции, это даже не источник информации как таковой. Тогда зачем тратить усилия на переубеждение – дело, у которого коэффициент полезности заведомо низок и стремится к нулю? Сколько бы я ни отвечал на вопросы, ни вел прямые эфиры, ни писал в соцсетях, я ни разу не видел, чтобы человек одумался и сказал: «Извините, я был не прав». Тебя просто закидывают вопросами, чтобы «домотаться», не из желания что-то узнать. Поэтому я бы вообще не рекомендовал лезть в соцсети с целью добиться «миссионерского» результата здесь и сейчас.

Можно общаться там лично, когда человеку действительно важен ответ. Но наша задача – не изменить человека или его мысли, наша задача – дать ему наиболее удобоваримую информацию, чтобы выводы он сделал сам.

Дело, а не личность

Дело, а не личность

– Не возмущают обидные комментарии в Ваш адрес, в адрес Ваших личных публикаций?

– В разное время я относился к этому по-разному. Сейчас пришел к выводу, что ищущий повода непременно его найдет. Считаю важным освещать свою церковную деятельность как руководителя молодежного отдела епархии, например. А вот какие-то личные вещи не спешу афишировать. Мне вообще кажется, что личность священника в наши дни должна быть отдана его семье, его близким. По запросу что-то могут знать прихожане, заинтересованные люди. Но вот специально выкладывать какие-то сильно личные вещи о себе на данный момент не стал бы.

– В итоге: как относиться к тому, что многие твои слова в интернете перевираются, искажаются, а благое начинание становится поводом для хайпа? Просто устраниться?

– Ничего не делать мы не имеем права. Любая религия всегда действенна, даже буддизм (его растворение в ничто – это тоже действие). Мы будем по мере сил благовествовать, так как от избытка сердца будут говорить уста. От действенной любви Бога к нам захочется донести эту любовь до ближних. Это нормально. И все же, на мой взгляд, социальные сети должны быть для священника не столько просветительским, сколько информационным инструментом. Мы что-то делаем – вот, пожалуйста, информируем.

А насчет комментариев и комментаторов можно вспомнить профессора Преображенского, который настоятельно рекомендовал «не читать советских газет». Не стоит читать комментарии. Вообще. Не стоит делать общественное мнение критерием оценки своей деятельности. Есть факты, а есть их интерпретация. К сожалению, даже современные СМИ часто увлекаются именно интерпретацией, подчас забывая о фактах. Что уж говорить о комментаторах…

Нужно понять, что само существование Церкви крайне неудобно для некоторых. Они будут постоянно писать гадости. Христос в этой жизни всегда был, есть и будет лишним. И огромное количество людей будет всячески выжигать его из нашей повседневности. А наша задача как верующих людей интегрировать Его в нашу повседневность на всех уровнях: духовном, душевном, интеллектуальном и даже на вполне физическом. Но не рассчитывать при этом на общественное признание.

------------------------------------------------------------
Елена Пухова
Публикация газеты «Логосъ» (Рязанская епархия)
* - https://prichod.ru/
the-word-of-the-pastor/36509/ 
© content.foto.google.com


03.07.2020




ЧИСТЫЙ ИНТЕРНЕТ - logoSlovo.RU facebook twitter rss