rss

Бешенцы О терпении болезней Кто свергнул царя? О семейной жизни: cвятой Паисий Святогорец НДС – самый любимый налог преступников

Статьи, видео: - Война и классовый конфликт»

Автор: Джозеф Салерно
-----------------------------------------------------------
2

Все правительства прошлого и настоящего, вне зависимости от их формальной организации, подразумевают верховенство немногих над многими. Другими словами, все правительство в основе своей олигархичны. Причина двоякая.

Во-первых, правительства это не производственные организации, и могут существовать только за счёт изъятия товаров и услуг у производящего класса на подвластных  им территориях.  Таким образом, правящий класс должен всегда составлять меньшинство населения, если он постоянно изымает ресурсы из подданных или граждан. Подлинное «правление большинства» на постоянной основе невозможно, поскольку это приведёт к экономическому краху, когда дани и налоги, экспроприируемые всё более многочисленными правителями, лишат меньшинство, занятое мирной производственной деятельностью, ресурсов, необходимых для самоподдержания и самопроизводства. Следовательно, власть большинства в конечном итоге приведёт к насильственному конфликту между группировками правящего класса, а этот конфликт прекратится с установлением олигархической власти одной из группировок и экономической эксплуатацией ею своих бывших соратников.

Второй фактор, делающий возникновение власти олигархии практически неизбежным, связан с законом сравнительных преимуществ. Тенденция к разделению труда и специализации, основанная на неравенстве способностей к овладению навыками, пронизывает все области человеческой деятельности. Точно так же, как очень небольшая часть населения искусна в профессиональной игре в футбол или  в оказании финансовых консультаций, и крошечная часть населения обычно превосходит других в овладении насильственной властью. Как сформулировал один из писателей этот Железный Закон Олигархии, «В человеческих сообществах всех времён есть немногие, кто правит и множество тех, кем правят» [1].

По своей сути непроизводительная и олигархическая природа правительства таким образом гарантирует, что все страны, находящиеся под политическим руководством, разделены на два класса: производящий и паразитический, или, применяя терминологию американского политолога Джона  К. Кэлхоуна, на «налогоплательщиков» и «налогопотребителей».

Король и его двор; избранные политики и их бюрократия и союзники из групп специальных интересов; диктатор и его партийные аппаратчики – исторически потребители налогов и, не случайно, творцы войн. Война имеет ряд выгод  для правящего класса. В первую очередь, война против внешнего врага затеняет классовый конфликт, происходящий внутри страны, в котором меньшинство – правящий класс – принудительно выкачивает ресурсы и снижает жизненный уровень большинства населения, которое производит и платит налоги.  Будучи убеждены в том, что их жизни и имущество защищают от внешней угрозы, эксплуатируемые налогоплательщики вырабатывают «ложное  сознание» политической и экономической солидарности со своими правителями.   Империалистическая война против более слабого государства, например, Гренады, Панамы, Гаити, Ирака, Афганистана, Ирана и т.д. особенно привлекательны для правящего класса могущественной страны, такой как Соединённые Штаты, поскольку они  сводят к минимуму издержки от проигрыша войны и того, что он будет смещён внутренней революцией или правителями победившего иностранного государства.

Вторая выгода от войны – в том, что она даёт правящему классу экстраординарную возможность усилить экономическую энарсплуатацию внутренних производителей с помощью чрезвычайных военных налогов, денежной инфляции, трудовой повинности и тому подобного. Производящий класс, как правило, смиряется с этим усилившимся грабежом своих доходов и достояния с некоторым ропотом, но с небольшим реальным сопротивлением, поскольку убеждён, что его интересы совпадают с интересами творцов войны. Кроме того, по крайней мере, в краткосрочной перспективе, оказывается, что современная война приносит процветание большинству гражданского населения, так как она финансируется по большей части печатанием денег.

Таким образом, мы приходим к универсальной, праксиологической правде о войне. Война  является результатом классового конфликта, присущего политическим отношениям – между правителями управляемыми, паразитом и производителем, потребителем налогов и налогоплательщиком. Паразитический класс создаёт войну предумышленно и намеренно, ожидая её чтобы маскировать и расширять эксплуатацию значительно более многочисленного класса производителей. Кроме того, он может прибегнуть к военному решению для подавления растущего несогласия между членами класса производителей (либертарианцы, анархисты и др.), которым стало известно о принципиально эксплуататорском характере политических отношений и которые становятся большей угрозой, пропагандируя эту точку зрения в массах, поскольку средства связи стали дешевле и доступнее – например, настольные издательские системы, АМ-радиовещание, кабельное телевидение, Интернет и т.д. Более того, конфликт между правящими и управляемыми – это постоянное условие. Эта правда находит своё отражение – возможно, почти неосознанно – в старой поговорке, которая уравнивает смерть и налоги как две неизбежности человеческого бытия.

Таким образом, постоянное состояние войны или готовности к войне является оптимальным с точки зрения правящей элиты, особенно той, что контролирует большое и мощное государство. Возьмём, к примеру, правительство Соединённых Штатов. Оно управляет относительно многонаселённой, богатой и прогрессивной экономикой, из которой оно может извлекать всё больше добычи, не разрушая производительный класс. Тем не менее, она находится во власти реального и постоянного страха, что рано или поздно американцы, занимающиеся производством, придут к осознанию, для чего реально существуют  постоянно растущее бремя налогов, инфляции и регулирования – для неприкрытой эксплуатации. Поэтому правительство Соединённых Штатов, самого мощного мега-государства в истории – сама логика политических отношений заставляет проводить политику перманентной войны.

От «Войны, чтобы сделать мир безопасным для демократии» до «Войны, чтобы покончить со всеми войнами», до «Холодной войны» и сегодняшней «Войны с террором», войны, которые вели правители США в двадцатом веке, прошли путь развития от эпизодических военных конфликтов, ограниченных определёнными театрами и противниками, к войне без территориальных или временных границ против бестелесного противника по имени «террор».  Более подходящим названием для этой изобретённой неоконами войны было бы то же самое, только с опущенным предлогом – «Война Террора» – потому что американское государство устрашают производящие, работающие американцы, которые однажды проснутся и положат конец  этому широкомасштабному хищничеству, которому подвергаются их жизни и имущество, и, возможно, покончат и с самим американским правящим классом.

В то же время, Война  с террором это нескончаемая империалистическая война, подобная которой не  могли вообразить себе  творцы печально известных войн прошлого, от римских патрициев до германских национал-социалистов. Экономист Йозеф Шумпетер был одним из немногих не-марксистов, понявших, что главный стимул империалистической войны это неизбежное столкновение интересов между властителями и теми, над кем властвуют.

Взяв в качестве примера мега-государство прошлого, Римскую империю, Шумпетер писал:

«Вот классический пример…такой политики, которая делает вид, что стремится к миру, но безошибочно генерирует войну, политика постоянной подготовки к войне, политика назойливого вмешательства. Не было уголка ойкумены, в котором, как объявлялось, какие-то интересы не находились под угрозой или не подвергались реальному нападению. Если это были интересы не Рима, то его  союзников; а если у римлян не было союзников, то их изобретали. Когда было совершенно невозможно  придумать такой интерес – ну, тогда это было дело национальной чести, которой наносится оскорбление. Борьба всегда окружалась ореолом законности. Рим всегда подвергался нападению злонамеренных соседей, всегда воюя за мирную передышку. Весь мир был населён множеством врагов, и очевидным долгом Рима было принимать меры против их явно агрессивных замыслов. Это были враги, которые только и ждали, чтобы напасть на римский народ. Невозможно попытаться понять эти завоевательные войны с точки зрения конкретных целей... Таким образом, существует только один путь к пониманию: изучение внутренних классовых интересов, вопрос о том, кто от этого выигрывал. ..Обладая особым положением как демократическая марионетка амбициозных политиков и как глашатай воли народа, вдохновляемый правителями, римский пролетариат, несомненно, получал выгоду от военной добычи. Пока был хороший повод поддерживать миф, что население Рима составляет римский народ и может решать судьбы империи, многое действительно зависело от его хорошего настроения... Но опять же, само существование в таких больших количествах, этого пролетариата, а также его политического значения, было следствием социального процесса, который также объясняет политику завоеваний. Здесь есть  причинно-следственная связь: захват общественных земель и ограбление крестьянских земель легло в основу системы крупных поместий, разрабатываемых экстенсивно и за счёт труда рабов. И в то же самое время изгнанные крестьяне устремлялись в город, а солдаты оставались безземельными – отсюда и политика войны».

Эта длинная цитата из Штумпетера ярко описывает, как экспроприация крестьян правящей аристократией создавала постоянное и непреодолимое классовое разделение в римском обществе, которое вело к политике безудержного империализма и  постоянной войны. Эта политика была предназначена для того, чтобы утопить в волне национальной славы и военных трофеев глубинный конфликт интересов  между лишённым собственности пролетариатом и земельной аристократией.

Демократия и ведение империалистических войн

Анализ Шумпетера объясняет особенно сильное пристрастие  демократических государств к участию в разжигании империалистических войн и то, почему Век Демократии совпал с Веком Империализма. Термин «демократия» используется здесь в широком смысле, куда входят и «тоталитарные демократии», управляемые такими  «партиями», как Национал-социалистическая рабочая партия в Германии и Коммунистическая партия в Советском Союзе. Эти политические партии, в отличие от чисто идеологических движений, появились на свет в эпоху националистической массовой демократии, зародившейся в конце девятнадцатого века [2].

Поскольку массы в условиях демократии глубоко проникнуты идеологией эгалитаризма и мифом о власти большинства, правящие элиты, контролирующие и получающие выгоду от государства, осознают крайнюю важность того, чтобы скрывать свою олигархическую и эксплуататорскую сущность от масс. Постоянное создание войны против внешних врагов – превосходный способ скрыть голое столкновение интересов между классом налогоплательщиков и классом потребителей налогов.

* * * * *

Ссылки:

[1] Артур Ливингстон, «Введение в Гаэтано Моска, Правящий класс: Элементы политической науки» (New York: McGraw-Hill Book Company, 1939). О «железном законе олигархии также см. Мюррей Н. Ротбард, «О новом либерализме: либерторианский манифест», второе издание, (San Francisco: Wilkes & Fox, 1996), стр. 45–69.

[2] О концепции тоталитарной деморатии см. Дж.Л. Тэлмон, «Истоки тоталитарной демократии» (New York: W. W. Norton & Company, Inc., [1951] 1970). Моя концепция тоталитарной демократии отличается от телмановской, поскольку он применяет этот термин только к тоталитаризму «левых», но не к тоталитаризму «правых». (там же, стр. 6–8).


-------------------------------------------------------------
http://polismi.ru/ekonomika/
globalizatsiya-za-i-protiv/
856-vojna-i-klassovyj-konflikt.html


22.06.2017


Seo анализ сайта Russian America Top. Рейтинг ресурсов Русской Америки. ЧИСТЫЙ ИНТЕРНЕТ - logoSlovo.RU facebook twitter rss mobile

^ Вверх